ГАЗЕТА НАЦИОНАЛЬНОГО ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО ЯДЕРНОГО УНИВЕРСИТЕТА «МИФИ»

Издается
с 1960 года


ГОСТИ ИЗ ТЕХАСА

    В начале лета в нашем университете проходили стажировку американские студенты. Мы пригласили их в редакцию «И-Ф». Беседа шла на английском языке.

    Как отважные ковбои, ребята – Джозеф, Адам, Кайл – смело вошли в комнату. За ними появилась и девушка Настя. Уже немного остывшие в России после жаркого техасского солнца, они бодро отвечали на наши вопросы, дополняя друг друга. Много улыбались и шутили.

    Оказалось, что трое из них уже заканчивают последний год обучения по программе бакалавриата. В будущем они планируют продолжить образование в магистратуре. Адам занимается изучением механических свойств композитных материалов, Кайл – вопросами влияния различных температур на свойства керамик. Джозеф, улыбаясь, скромно рассказал, как выиграл грант НАСА на исследование влияния космического излучения и гравитации на костную систему человека. Его работа связана с изучением турбулентного движения жидкостей. Именно благодаря тому, что наши американские гости участвуют в научно-исследовательских проектах, их пригласили принять участие в программе обмена. С Настей все немного сложнее. Она из России, из Новосибирска. Окончив университет в родном городе, отправилась в Америку учиться в аспирантуре. Тема ее работы – численное моделирование процессов фильтрации. Из уважения к своим американским друзьям, с нами Настя в их присутствии говорила на английском.

Как рассказали нам американские гости, кроме науки, к путешествию в далекую Россию их привлекла возможность узнать поближе русскую культуру, язык, систему образования.

Поэтому первый наш вопрос был такой:

– Расскажите, как вы считаете, чем отличается студент из Техасского университета от студента из МИФИ?

– Если говорить о самих студентах, то особых отличий нет. Зато учебный процесс организован по-разному. В Америке развита двухступенчатая система бакалавриат-магистратура. Если в России студенты учатся пять лет, то в США около 80 процентов учащихся вузов завершают образование через четыре года – после получения степени бакалавра. В американских университетах нет такого жесткого учебного графика, как у вас. Мы можем выбрать, какие предметы и в какое время слушать, сами составляем для себя расписание. Есть только список дисциплин, которые мы должны прослушать за семестр. Также у нас введена обязательная система оценивания преподавателей: в конце учебного курса студенты проходят письменный анонимный опрос. Считается, что результаты таких опросов помогают преподавателям улучшить учебный процесс.

– А что у вас есть интересного из внеучебной деятельности?

– У нас очень много разных студенческих кружков. В одном из них, например, студенты занимаются подготовкой собак-поводырей. Есть клуб спелеологов. Многие студенты занимаются общественной работой. Так как у нас не хватает постоянных рабочих, которые бы делали уборку магистральных, шоссейных дорог, волонтеры из нашего университета убирают мусор на обочинах дорог. Многие студенты помогают в домах для бедных и бездомных. Один раз в год тысячи студентов нашего университета собираются вместе, чтобы организованно помочь пожилым или больным людям посадить цветы, помыть окна или починить что-нибудь дома.

– Студенты с интересом участвуют в таких мероприятиях?

Да, и на это у них есть свои причины. Ведь образование – не единственное, что может пригодиться в жизни. Нужно еще уметь общаться с людьми, социализироваться. Чтобы добиться успеха, недостаточно быть просто хорошим специалистом, нужно уметь ладить со своими коллегами, знать, как им помочь, как начать разговор. И подобные мероприятия позволяют нам развить такие навыки.

– У вас есть организации, связанные с управлением студенческой жизнью, профсоюзы?

– Да. Но если честно, мы в них неактивно участвуем, просто знаем, что они существуют. У нас есть студенческое правительство во главе с президентом. Главная его задача – определять мнения студентов относительно принимаемых в университете решений и отстаивать их позицию перед лицом администрации. Например, если планируется повысить стоимость обучения, то перед тем, как принять это решение, проводится опрос студентов, учитывается их мнение.

– А какая у вас стипендия?

– У нас нет стипендии, мы платим за свое образование. Однако, участвуя в научно-исследовательских работах, ведя преподавательскую деятельность или выигрывая те или иные гранты, можно существенно уменьшить стоимость обучения.

– Говорят, что иностранцы в чужой стране часто испытывают культурный шок. Вас что-нибудь шокировало в Москве?

Когда мы только приехали, был забавный случай. Джозеф налил себе стакан воды из-под крана, уже поднес к губам, как вдруг русские студенты рядом начали кричать, чтобы остановить его. Как будто он собрался выпить отравленное зелье. Тогда ему объяснили, что воду из-под крана в России перед употреблением нужно кипятить. Мы к этому не приучены. Еще мы были поражены размерами Москвы – это действительно огромный город с хорошо развитой транспортной системой. У вас большая сеть станций метро. Можно успеть съездить из одной части города в другую для того, чтобы просто пообедать. В College Station, где расположен наш университет, такого нет. И город поменьше, и метро нет, и общественный транспорт ходит плохо. Поэтому мы в основном на машинах ездим – так удобнее.

– А в нашем университете?

– Мы бывали в нескольких лабораториях, нас удивило, что в них встречается довольно старое оборудование. С другой стороны, для получения качественного образования важно не только современное оборудование, но и хорошие преподаватели. Еще у вас сложно попасть на территорию университета и общежития – каждый раз приходится проходить систему контроля как в аэропорту.

– Как вам русская кухня?

-Мы уже попробовали окрошку – не очень понравилось. Зато были в восторге от борща, гречки, пельменей. Наш Джозеф так сильно полюбил гречку, что теперь готовит ее каждое утро на завтрак. В Америке ее не продают.

– В МИФИ вы уже общались со многими студентами. Как вы оцениваете их уровень английского?

– Намного лучше, чем наш русский. И это наше упущение. Гуляя по Москве мы не можем понять, что написано на вывесках, спросить дорогу. Зато, если ваши студенты приедут в Америку, им будем намного проще. Сейчас в рамках программы нам преподают русский язык. Пока только отдельные слова знаем.

– Тяжело учить русский?

Да! Основная проблема – это алфавит. Вы используете другую систему знаков. Например, когда мы в школе учили испанский язык, было проще. Хотя бы прочитать текст могли. На русском же, даже если мы знаем, как слово произносится, что оно означает, мы не сможем прочитать его, а значит понять. Это вносит дополнительные трудности.

    Наш разговор подходил к концу. У ребят была запланирована насыщенная программа в МИФИ – все время расписано по минутам. Сразу после интервью мы сделали общую фотографию на память. И наши американские гости поспешили на лекцию. На их лицах светились улыбки. Напоследок ребята сказали, что, если получится, в следующем году они обязательно снова приедут в Россию.

Виктория Шамшина,
студентка пятого курса ИМО.
Фото Кристины Мормулевской

и Сергея Николаева.