В прошлом номере «И-Ф» были опубликованы фрагменты беседы на встрече со студентами выпускника факультета «Т», священника храма Сорока мучеников Севастийских, руководителя православной молодежной организации «Молодая Русь», главного редактора журнала «Наследник» Максима Первозванского.
   В редакцию поступили вопросы от читателей. В ответ на них публикуем отрывки из беседы.

   – Обратите внимание: в наше время вообще понятие ценности повсеместно высмеивается. И очень часто, к сожалению, люди, имеющие некоторые внутренние святыни, стесняются о них говорить.
   А вместо ценностей у нас появилась так называемая референтная группа. Это некая группа людей, которую мы считаем за образец, но только не по ценностным характеристикам, а по характеристикам моды. Вот эти всякие журналы о «звездах»… Понятно, что это лепят даже не сами «звезды», а производители товаров, которые вы должны купить. И в результате, если у человека есть какие-то ценности, и свои понятия о том, как хотел бы жить, они этими вещами, нам навязываемыми разрушаются.

   – А зачем регистрировать брак?
   – Для того, чтобы на этот вопрос ответить, необходимо понять более глубокие вещи и вернуться к началу нашего разговора, к разговору о счастье.
   Я сейчас приведу пример, но не в качестве довода серьезного, а как повод для размышления. У моих одногруппников, семейная жизнь сложилась неплохо, за исключением одного, с которым я дружил до четвертого курса. После нашей поездки на летних каникулах на Селигер от него забеременела его девушка. Она потом ушла в декрет, а он на ней не женился. Мы тогда набили ему рожу. В общем, он единственный из нашей группы не сумел создать семью…
   Зачем брак регистрировать или зачем венчаться, если можно и так? А потому, что мы живем в обществе, мы живем в Церкви (для тех людей, которые это признают), и, если этого не делаем, то, скажем так, у брака вынимаем «подпорки». То есть, ситуация оказывается менее устойчивой к развитию.
   В одном из моих любимых фильмов «Терминатор-2», в финальной сцене главная героиня стреляет в жидкокристаллического Терминатора и в нем появляются гигантские дыры. Этот образ очень важен: когда мы совершаем что-то нехорошее, у нас в душе появляется такая вот дырка. Пробный брак, особенно, если не удается, а он очень часто не удается, оставляет в душе разочарование, большую пустоту. Потому, что человек «вложился»… Ведь мы же, когда что-то делаем серьезное, вкладываемся душой, это ж не просто так. Это фактически равносильно разводу. Люди, разведенные, испытывают очень серьезную травму.
   А почему велика вероятность, что этот пробный брак не сложится? Любое серьезное нравственное дело, любой серьезный нравственный поступок невозможен без одного очень важного чувства. Без него и невозможен нормальный брак. Чувство долга. И вот оно, как это не удивительно, является тем внутренним генератором, из которого рождается любовь.
   В пробных браках нет чувства долга, в них некая условность: «Ну, попробуем пока…». Это очень плохо: ведь в браке возникают разные ситуации – бывает сложно, больно, бывает падает твой супруг… или еще что-то происходит достаточно серьезное. И, если тебе стало плохо и в тебе есть условность – «ну вот, тот момент, ради которого я не женился (или не венчался), я больше, типа, не могу. Чепуха, глупость на самом деле. Понятно, что бывают случаи, когда, действительно, имеет смысл развестись…
   И здесь очень важно разделять: любовь и влюбленность. Влюбленность – падает на человека, как сосулька: «бах»… и я влюбился. Влюбленность удивительное чувство. И вместе с тем крайне опасное и болезненное. И она обязательно проходит.
   Влюбленность – это то, что нам дается. А любовь нужно заработать. Любовь нельзя взять «поймать за хвост» и держать: «Вот я тебя люблю и все. Как я купил машину и поставил в гараж». Любовь можно в любую секунду потерять и она требует постоянного труда. Ее нельзя бросить на произвол судьбы.
   Поверьте, это так. Любовь подразумевает обязательную работу. Если ты вкладываешься, если ты работаешь, то обязательно получаешь отдачу. Поэтому родители могут любить детей, которые их совсем не удовлетворяют. Можно любить жену, у которой испортилась фигура, или мужа, который стал алкоголиком. Девушки, можно любить алкоголика? Нормальный ответ – «Нет». А почему-то любят. Она за него борется: он ей родной. Она испытывает чувство долга и, по-настоящему, его любит.
   – А если ты решился на брак, но остаются какие-то сомнения?
   – Один мой знакомый молодой человек два года назад сбежал из-под венца за две недели до предполагаемой свадьбы. Уже заявление подали, гостей пригласили. И вдруг его начинает мучить мысль, что он не сможет сделать счастливой эту девушку: «Я плох для нее». В итоге женился на ней. Но какая девушка! Она это потерпела, дождалась.
   На чем основана нерешимость? Если ты понимаешь, что все, в общем, нормально: и любовь есть, и приятность, и учебу вы заканчиваете, и какие-то обстоятельства внешние – где жить, например, – сложились, то надо жениться. Нужна решимость. Но, если сверять свои чувства с неким эталоном, то внутренняя метрология возникает…

   – Вот у меня вопрос касается темы, которая сейчас муссируется. Насчет людей другой ориентации… Вопрос сложный.
   – Нет, вопрос не сложный, для меня, по крайней мере. Года три назад летом я попал в выездной учебный лагерь, который проводила на Алтае ассоциация волонтерских организаций «Дом». Меня направили туда прочитать лекцию. Тема обсуждений была «Борьба со СПИДом». Теперь-то я знаю, что алкоголиков лечат в основном бывшие алкоголики, а борьбой со СПИДом занимаются, в основном, «голубые»… А незадолго до моей поездки была опубликована «Социальная Концепция РПЦ», вызвавшая много шума: в ней четко было прописано, что это - грех… Так вот, они очень гневно говорили мне, что как же так: церковь отвергает такое количество людей. И мне пришлось доходчиво им объяснять...
   О понятии греха и спасения в православии. Я грешил и могу спастись. Я не грешил и… могу погибнуть. Вот по Евангелию, разбойник на кресте, распятый рядом с Христом, и раскаившийся, стал первым человеком, который попал в рай. Господь сказал ему: «Ныне же будешь со мной в раю». При этом многим фарисеям, которые поставили себе целью выполнение закона Моисея, то есть – высокую религиозную цель, Господь говорит: «Горе вам, фарисеи и лицемеры!». Это очень глубоко и серьезно. Недаром говорят, что покаяние – это второе крещение.
   Ответ очень простой: нужно бороться с этим чувством. У нас на приходе несколько «голубых». Они не ходят с гей-парадами, не говорят: «Повенчайте нас, пожалуйста. Они осознают, это как свою проблему. У одного из них есть семья, двое детей. И… его тянет к симпатичным юношам, а он борется с этим чувством. Кается регулярно, исповедуется, причащается. А раз причащается, то, что это значит? Это значит, что церковь его принимает и не считает, что он погибшая заблудшая овца.

Материал подготовил
А. Моисеенко,
к. ф.-м. н., выпускник МИФИ.